Внутри проекта: как я управляла командой иллюстраторов

УПРАВЛЕНИе КОМАНДОЙ

Представьте: вы продакт в стартап-издательстве. У вас есть задача — запустить серию журналов о фокусах для детей. 60 выпусков, еженедельно. Чтобы это сделать, надо организовать кучу всего, в частности — иллюстрирование. А опыта в этом у вас по нолям.

В команде издательства не было людей, кто ранее работал с детской тематикой. Поэтому я топила за то, чтобы взять на проект хорошего, опытного иллюстратора. Мне казалось, это решит разом все проблемы.

Стилизация — намеренное искажение или упрощение чего-либо — лица, эмоций, одежды или других деталей образа для выразительности.

У опытных иллюстраторов есть излюбленные приёмы стилизовать людей и предметы — узнаваемый стиль.

«Хороший» в моём понимании означало «отлично умеет стилизовать и обладает узнаваемым стилем». «Опытный» означало «уже немало нарисовал для детей, сам знает, как лучше, и нам посоветует». Директор был со мной согласен и поручил найти таких людей.

Я пошла в инстаграм, который сейчас террористическая организация, запрещённая в России.

Как я настраивала процесс и лажала — в этой статье.

Кто подходит, а кто нет, я примерно представляла — у меня был утверждённый мудборд. Я собирала его в пинтересте, когда работала над концептом журнала.

Я набрала пятнадцать человек. Из них выделила пятерых и написала им. К письму приложила краткое описание проекта. Три ответили, что не смогут взяться: у них всё расписано на месяцы вперёд. Две заинтересовались.

С одной договорились созвониться. Иллюстратор подходила по стилизации, опыту и по расценкам. Ещё нас радовало, что у неё было 17К подписчиков — неплохое подспорье в продвижении проекта и доказательство, что она крутая.

Я была собой довольна и рассчитывала, что работа пойдёт быстро: всё ж написано. Но когда мне прислали скетчи, стало ясно: быстро не выйдет. Сцены выглядели уныло, а персонажи были не похожи на себя.

ТЗ я составляла в гугл-документах. Указывала:
1) описание сцен и героев,
2) формат каждой иллюстрации,
3) этапы работы,
4) требования для приёмки.

Нетворк рулит.

Во время поисков я поняла: нетворк рулит. По рекомендациям и знакомым хорошего спеца находишь за день, а по вакансии — за три недели.

Резюме у окликавшихся я не смотрела, шла сразу в портфолио. Если ссылки на портфолио не было, отклик заворачивала. Так я набрала 38 человек, отправила им тестовое. Восемь сделали его в срок.

500+

откликов я получила за сутки

Один иллюстратор нашёлся за день, среди знакомых. Девушка отлично справилась с тестовым, стиль скопировала очень точно, и я сразу отдала ей в работу второй выпуск. Остальных я искала через вакансию на хедхантере.

Чтобы проверить скилл претендентов, я составила ТЗ.

По поводу графика выхода журналов мы сломали немало копий. Но в итоге собственник настоял на этом решении.

Мы с директором сели думать. Одному человеку выдавать по три иллюстрации еженедельно — нереальная задача. Решили так: найдём троих или четверых. Но стиль иллюстраций мы уже не могли менять. Нужны были люди, которые смогли бы его скопировать.

Одновременно с уходом иллюстратора появилась вторая проблема: собственник бизнеса решил, что журнал должен быть еженедельным.

После двух раундов правок я осознала: я не могу помочь иллюстратору добиться похожести. Разрывать отношения и искать кого-то лучше? Не вариант. Мне нужен был кто-то, кто сам рисует и смог бы указать на конкретные проблемные места, разжевать стилизацию.

Иллюстраторам я написала, чтобы теперь показывали все скетчи лиду.

Иллюстратору нужен старший иллюстратор.

Я написала иллюстратору, которая отлично справлялась со стилизацией, и попросила её курировать двух других. Она согласилась бесплатно: стать старшей было приятно. Новый опыт. И +100500 к самооценке.

Работа с лидом прокачала иллюстраторов: они стали меньше ошибаться в стилизации, а когда ошибались — лид сразу их поправляла. Проблему с похожестью мы решили.

Осталась другая проблема: иллюстраторы часто не видели сцену. Они читали историю, читали ТЗ, но у них не получалось подобрать ракурс или эмоцию. Сначала я думала, что проблема в ТЗ — я недостаточно конкретно пишу, что мне нужно. Начала писать подробнее.

Лид-художник — старший художник проекта. Он следит за тем, чтобы все рисовали в одном стиле.

Стало лучше, но не слишком. По иллюстрациям чувствовалось: ТЗ читают через строчку. Сначала меня это забавляло, потом стало злить, и я написала им Библию иллюстратора. Но они, конечно, её тоже не прочитали :)

В конце концов, до меня дошло: слова — худший способ что-либо объяснить иллюстратору. Надо показывать. Я стала закидывать в ТЗ референсы, а в скетчах — подрисовывала то, что хотела поправить. Там, где и это не помогало, я просто фотографировалась в той позе, которая нужна.

Править иллюстраторов было по-своему весело, но у меня росла нагрузка на других проектах. Я больше не могла уделять им столько времени. Но и оставлять всё на их совесть нельзя: пострадает качество.

Я предложила руководству вариант: назначить лид-художника арт-директором. С прибавкой денег и занесением в выходные данные журнала не только как иллюстратора, но и как арт-директора проекта. Идея понравилась всем.

Чтобы арт-дир быстрее влился в процесс и смог его контролировать вместо меня, мы добавили его в Битрикс. Там я создала процесс с чек-листом.

Также написала гайд для арт-директора по задачам. В нём описала каждый этап процесса и дала ссылки на все документы. На себе я оставила только основные согласования.

Сложнее всего оказалось не вмешиваться. Мне казалось, что если я совсем отпущу контроль — что-нибудь накосячат. Поэтому пару раз мы с арт-диром сильно поспорили по поводу сцен, которые она выбрала. Я пыталась донести ей мысль, что иллюстрации — не просто картинки: по ним должна быть понятна сюжетная линия выпуска. Мы спорили три часа, и в итоге я решила: пусть делает, как считает нужным. Пусть накосячит и сама отвечает за свои решения.

Использовала шрифты PT sans и Roboto.

Она накосячила, признала это — и меня отпустило. Я поняла, что даже если уйду из проекта — он не пропадёт. А это значит, мне удалось выстроить процесс.

Из этого сотрудничества я вынесла три урока.

Пилот «горел». Поэтому мы договорились, что она доделает элементы оформления и посоветует кого-то вместо себя.

Когда мы приняли финал иллюстраций, у иллюстратора в аккаунте вышел пост, а я получила сообщение о том, что она не может продолжать рисовать.

Каждый этап я показывала команде — дизайнеру, редактору, автору истории и директору. Они давали свои комментарии; если комментарии были по делу — писала иллюстратору, если не по делу — объясняла, почему не будем вносить.

Чтобы контролировать результат, договорились о трёх согласованиях:
1) скетчи,
2) цветовой вариант,
3) финальная иллюстрация.

Скорость и качество работы нас порадовало, и мы сразу же взялись за подготовку первого — пилотного — выпуска. К нему нужны были три иллюстрации и элементы оформления: аватарки персонажей, фон. Мы всё обсудили, зафиксировали в ТЗ и отдали в работу.

Чтобы понять, будет ли нам комфортно работать и оценить скорость рисования, мы предложили сделать оплачиваемое тестовое — образ главного героя. Она согласилась. Через четыре дня всё было готово.

На созвоне мы с директором описали ей основную идею проекта и концепт. «Обожаю истории про волшебство, это моя тема! Я готова начать прямо сейчас» — сказала иллюстратор. Выпускаться мы планировали раз в две недели и спросили, сможет ли она столько рисовать. Подчеркнули — нам важно, чтобы вся серия была в едином стиле. Мы не сможем его вдруг с середины поменять. Она уверенно ответила: «Смогу».

Юля Клементьева,
работала в издательстве продактом на четырёх проектах.

Не пиши — покажи.

Позволь другим косячить.